ОБЗОР ПРЕССЫ «ДОНБАСС ВОСТОЧНЫЙ»: Наши люди
«Для меня он никогда не умрет»
Елена Титаренко – молодая, симпатичная, располагающая к себе женщина. Есть в ее внешности что-то восточное, что не удивительно, ведь папа у нее дагестанец из Махачкалы. За живостью характера скрывается глубокая печаль, сквозь внешнее спокойствие невольно прорывается внутренняя душевная боль. На долю этой маленькой, но сильной духом свердловчанки выпало нелегкое испытание. По воле судьбы ей суждено самой воспитывать из сыновей достойных мужчин.
Елена Игоревна выросла в Медвежанке. Как в сказке, в семье было три дочери, но жизнь оказалась совсем не сказочной. Родители расстались, когда она была ребенком, воспитывать внучку помогали бабушка с дедушкой. В чем-то повторила судьбу матери и героиня нашей публикации. Вышла замуж рано, первого ребенка родила в 18 лет, спустя два года – второго. Но с мужем не сложилось, развелись. Однако как разумная и справедливая женщина, Елена Титаренко не препятствует общаться с детьми бывшему супругу, когда он приезжает на побывку с передовой, и его родителям. Четыре года после развода она прожила одна, работала, воспитывала деток и не думала о личном счастье. И вдруг в ее жизни произошло событие, которое принесло ей огромное, но короткое счастье, и большое горе.
Жди меня, и я вернусь
Осенью 2021 года подружка, вместе с которой они работали в киоске в районе интерната, предложила зарегистрироваться на сайте знакомств. И хотя Елена Игоревна сомневалась, полагая, что «там только неадекватные люди». Но в итоге всё-таки согласилась. И как оказалось, не зря. Погружаясь в воспоминания, собеседница улыбается, словно заново проживает счастливые моменты: – В первый же день, вечером, написал мне незнакомец: «Привет, дай номер». Я ответила, мы созвонились. Он был на передовой, три месяца общались. А потом Дима Морар приехал на побывку. Я как раз со вторым ребенком были в пути, и он позвонил, предложил встретиться. Мы на автобусе подъехали к остановке в центре города, где он стоял. Из окна автобуса посмотрела и подумала: «Ну, он точно меня не подведет».
Я знаю, никакой моей вины, но все же…
В трагическом бою на Счастьенском мосту, с которого началась для свердловского 12-го батальона СВО, 24 февраля погиб младший брат Дмитрия Морара. Максиму было всего 20 лет. Он окончил Свердловский строительный колледж, в 2022-м только вступил в ряды защитников Отечества. Юноша так и не успел лично познакомиться с Еленой. Старший брат тоже был на мосту. Максим погиб на его глазах, а он ничем не мог ему помочь, сам чудом уцелел. Через три дня, 27-го, он нашел тело, попрощался и отправил домой, а сам пошел дальше по фронтовым дорогам. На похоронах не был. А потом, уже дома, все ездил на Динамитное кладбище, на могилу к младшему брату, просил прощения, что его не спас...
– 6 апреля Дима приехал на пару часов, а 8-го позвонил из госпиталя, – продолжает собеседница. – У него была серьезная шестая контузия. Зрение пропало, один глаз закрылся, долго мы восстанавливались, а в августе его «списали». По ночам он не мог спать. Его часто мучали сильные головные боли. Еще перенес два микроинсульта. После второго на ноги не вставал, я его в кресле катала по неврологии, где он лежал... … Быстро как-то все у нас завертелось, не знаю, любовь, значит. Я его дождалась, приехал, забеременела, поженились. Он был очень хороший, добрый, веселый человек, полюбил меня и моих детей, стал для них родным человеком, так и говорил: «Это мои дети». И я очень сильно его любила и люблю, для меня он никогда не умрет. Он был очень хороший, добрый, веселый человек, полюбил меня и моих детей, стал для них родным человеком.
«Если я умру, то умру героем»
К гражданской жизни Дмитрий Юрьевич привыкал тяжело. «Я ведь ничего, кроме воевать, не умею», – говорил он жене.
Еще на службе поступил учиться на агронома, в этом году уже получил бы диплом. А когда списали, и он устроился работать учителем физкультуры в школу № 8 (в свое время он занимался здесь в секции по футболу), решил получить высшее образование и по этой специальности. Учебу не бросил и после того, как пошел на железную дорогу в военизированную охрану.
– Дима рвался к пацанам, как он говорил, на передовую, – со слезами вспоминает вдова. – 19 ноября 2024 года он уехал рано, до четырех часов дня не отвечал на звонки, потом сообщил, что он в Луганске по работе. А на самом деле оказалось, что он подписал контракт. «Я так не могу, пацаны там, я здесь. Пойду за брата», – сказал. Собирался так весело, говорил, что все будет хорошо, что вернется. 20 ноября уехал. Две недели был на полигоне. Потом его отправили в часть, последнюю весточку получили 19 декабря. Написал СМС, спросил, как у нас дела. А последнее, что написал в тот день: «Я люблю вас больше жизни»... И все. Погиб 23 декабря 2024 года в районе с. Спорное под Артемовском. В последнее время он часто говорил перед сном: «Наверно, я скоро умру. Если умру, то умру героем». И умер. Героем! Год прошел, а вроде бы я только вчера его провожала. Не могу до сих пор поверить, что мой Морар погиб. Мне иногда кажется, что вот сейчас он позвонит и придет… Я его никогда не забуду. Наш сын Захар маленький еще, но помнит папу, целует его фотографию… Мы всегда будем его помнить.
Елена Игоревна выросла в Медвежанке. Как в сказке, в семье было три дочери, но жизнь оказалась совсем не сказочной. Родители расстались, когда она была ребенком, воспитывать внучку помогали бабушка с дедушкой. В чем-то повторила судьбу матери и героиня нашей публикации. Вышла замуж рано, первого ребенка родила в 18 лет, спустя два года – второго. Но с мужем не сложилось, развелись. Однако как разумная и справедливая женщина, Елена Титаренко не препятствует общаться с детьми бывшему супругу, когда он приезжает на побывку с передовой, и его родителям. Четыре года после развода она прожила одна, работала, воспитывала деток и не думала о личном счастье. И вдруг в ее жизни произошло событие, которое принесло ей огромное, но короткое счастье, и большое горе.
Жди меня, и я вернусь
Диму с младшим братом Максимом отец растил сам. Спасибо дяде Юре: он воспитал достойных сыновей. И обоих потерял… У моего Морара был настоящий мужской характер, сильный, независимый, но чувствовалось, что он недополучил в детстве материнской ласки – все держал в себе, никогда не жаловался. Учился в седьмой школе, потом в бывшем училище № 73. Собирался в армию, а тут в 2014 году пришла беда на нашу землю. В 20 лет он стал на защиту Родины. И служил восемь лет… К моменту нашей встречи Дима тоже был в разводе, его дочери Ане от предыдущего брака, сестре моего младшего сына, будет пять лет. Судьба нас свела после неудачных первых браков. Мы начали встречаться. 10 февраля 2022 года он позвонил и сказал, что приедет с позиций, пригласил меня с детьми к себе. 17 февраля мы отметили его день рождения, а 19-го его вызвали на службу, и Дима сообщил, что не приедет пока домой. Я спросила: «Что мне делать, твой дом, где ключи, как закрыть?» – а он в ответ: «Не надо уезжать, жди меня, и я вернусь. Бабушка тебе привезет все, что нужно». Приехали его бабушка с дедушкой... Так и познакомилась с его родными.
Я знаю, никакой моей вины, но все же…
– 6 апреля Дима приехал на пару часов, а 8-го позвонил из госпиталя, – продолжает собеседница. – У него была серьезная шестая контузия. Зрение пропало, один глаз закрылся, долго мы восстанавливались, а в августе его «списали». По ночам он не мог спать. Его часто мучали сильные головные боли. Еще перенес два микроинсульта. После второго на ноги не вставал, я его в кресле катала по неврологии, где он лежал... … Быстро как-то все у нас завертелось, не знаю, любовь, значит. Я его дождалась, приехал, забеременела, поженились. Он был очень хороший, добрый, веселый человек, полюбил меня и моих детей, стал для них родным человеком, так и говорил: «Это мои дети». И я очень сильно его любила и люблю, для меня он никогда не умрет. Он был очень хороший, добрый, веселый человек, полюбил меня и моих детей, стал для них родным человеком.
«Если я умру, то умру героем»
Еще на службе поступил учиться на агронома, в этом году уже получил бы диплом. А когда списали, и он устроился работать учителем физкультуры в школу № 8 (в свое время он занимался здесь в секции по футболу), решил получить высшее образование и по этой специальности. Учебу не бросил и после того, как пошел на железную дорогу в военизированную охрану.
– Дима рвался к пацанам, как он говорил, на передовую, – со слезами вспоминает вдова. – 19 ноября 2024 года он уехал рано, до четырех часов дня не отвечал на звонки, потом сообщил, что он в Луганске по работе. А на самом деле оказалось, что он подписал контракт. «Я так не могу, пацаны там, я здесь. Пойду за брата», – сказал. Собирался так весело, говорил, что все будет хорошо, что вернется. 20 ноября уехал. Две недели был на полигоне. Потом его отправили в часть, последнюю весточку получили 19 декабря. Написал СМС, спросил, как у нас дела. А последнее, что написал в тот день: «Я люблю вас больше жизни»... И все. Погиб 23 декабря 2024 года в районе с. Спорное под Артемовском. В последнее время он часто говорил перед сном: «Наверно, я скоро умру. Если умру, то умру героем». И умер. Героем! Год прошел, а вроде бы я только вчера его провожала. Не могу до сих пор поверить, что мой Морар погиб. Мне иногда кажется, что вот сейчас он позвонит и придет… Я его никогда не забуду. Наш сын Захар маленький еще, но помнит папу, целует его фотографию… Мы всегда будем его помнить.
Елена Беседина, по материалам газеты «Донбасс Восточный».
Фото предоставлено Еленой Титаренко
Фото предоставлено Еленой Титаренко
